...я не мог пройти мимо проблем сельского хозяйства, стал фиксировать и накапливать факты, сопоставлять их и, наконец, увидел механизм, с помощью которого скрываются знания высокой урожайности от народов, осознал цели сокрытия этих знаний.
Оказалось, что высокие урожаи власть предержащим не нужны. В их интересах держать народ в состоянии постоянной угрозы голода. И в голоде. Ведь голодные довольствуются малым. А умирающие от голода за кусок хлеба отдадут все...
Утаиваются знания просто. Их даже не прячут. Они есть, изложены в книгах и статьях, но изданы минимальным тиражом и хранятся в специализированных библиотеках и архивах, недоступных земледельцам. Говорят, разбираться в этом культурном наследии - дело ученых. Но ученых и специалистов села уводят от осмысления этих знаний с помощью... образовательных программ, т.е. предопределением того, что им сейчас можно знать, а чего знать нельзя...

“Пермакультура (непрерывная агрикультура) – прежде всего система организации. Ее цель – использовать организующую силу человеческого разума для замены мускульной силы или энергии природного топлива”.

Чтобы процветать, нужно или больше получать, или меньше тратить. Старо, как мир, Но почему-то в сельском хозяйстве все наоборот. И вот в 1978 г. ученый и лесничий австралийского буша Билл Молиссон понял: принципы сожительства и взаимообеспечения лесного сообщества применимы и к земледелию. Он понял, что наша традиционная культура не преследует цель освобождения человека и процветания жизни на планете. Что каждый может обеспечивать себя, не становясь заложником поля, и тогда мы начнем процветать все вместе. Конечно, и до него это понимали многие. А с него началась пермакультура как движение.

Жизнь всегда улучшали те, кто мог использовать свой разум, то есть имел мужество улучшать собственную жизнь, ставил цели, наблюдал (вместо того, чтобы верить), и не боялся изменять и изменяться. Тут, конечно, с нашими тремя процентами ума не разгонишься. Но идеи “пермакультурных” фермеров могут прибавить процент, а то и два, и нам сам Бог велел взять их на вооружение. Вот они:

1. Работа - это то, что приходится делать вам, если вы не устроили так, чтобы это делалось само.
В переводе с английского: не хочешь думать – бегай. В природе все необходимое делается живыми организмами. Огород – часть природы. Если мы вынуждены постоянно вмешиваться и трудиться, – значит, мы боремся с тем, что сами и порождаем. Например, почти вся огородная работа – борьба с последствиями вскопки и оголения почвы. Или: до четверти всех усилий – курсирование на дачу и с дачи с полными сумками. Или сизифов полив: все, что вылил, вылетает за сутки! И все это – просто привычка, лень ума.

Смотрите: участок при доме. Все органические отходы компостируются – ценнейшее удобрение. Гряды наполнены компостом – урожай тройной. Они огорожены стенками – обрабатываемая почва сводится к минимуму. Почва накрыта слоем перегноя: не нужно совсем копать, рыхлить, почти не нужно поливать и полоть. Под крышей резервуар для воды: открыл кран – вода по трубам сама течет в грядки. Это уже пример разумного устройства: с момента создания оно производит эффект, не требуя энергии, а используя энергию природы – силу тяжести, солнце, ветер, воду. Помпы, использующие силу тока воды, водяные и ветряные мельнички и генераторы, солнценакопительные устройства и т.д. Или просто вещи повышенного удобства – например, плоскорез. О таких вещах обычно говорят, употребляя приставку само-. Здесь же – способы продуктивного совмещения растений, удобного расположения объектов, подбор нетрудоемких культур и т. д. В США известна фермер Анна Эдеи, владелица разумного тепличного устройства “Сольвива”. Не напрягаясь, она получает около 50000 долларов в год с 2,5 сотки, накрытых стеклом. Естественно, она сначала вложила по 7 долларов на 1 м2 своего сооружения, но теперь получает доход, почти не тратя денег.

2. Отходы - любой выходящий продукт, бесполезный потому, что вы не догадались его использовать.

В природе отходов нет, не будет и у нас. Ну, сделаем поправку на наш синтетический век.

Пластик и прочий мусор можно было бы сжигать, но при этом образуется огромное количество диоксина - яда, накапливающегося в организмах и почве. Пенопласт и многие пластики запрещены в строительстве именно из-за ядовитых продуктов сгорания - люди, не успев получить ожоги, умирают от ядовитого дыма. Так что лучше придумать другие способы утилизации пластика.

Все остальное превращается в компост, мульчу и засыпку дорожек.

3. Любая потребность удовлетворяется из нескольких источников.

Корм для цыплят: алыча и шелковица – сверху, сорго и кукуруза – по заборам и в виде кулис, трава и бобовые в загоне, насекомые и слизни в саду.
Питание растений: компост, перегной, листовой опад, сидераты.
Вода – из пруда, от дождя плюс сохраняется мульчой и уплотненными посадками. И так далее.

4. Каждое устройство, животное и растение приносят разную пользу.

Растения: пища, компост и лекарства, а то и косметика. Бобовые, кроме того, медоносы, поставщики азота и вредителей отпугивают. Деревья могут быть каркасом для фасоли. Сетка забора – отличный каркас для ежевики, глицинии или других “живых изгородей”.

5. Зонирование и разделение участков может облегчить работу вдвое.

Как и в жизни, в нашем копошении на огороде есть определенная доля беспорядочности. Выполняя любую операцию – скажем, подвязку огурцов, – мастер делает в несколько раз меньше движений, чем новичок. Представьте, что грядки расположены вокруг колонки радиально, “ромашкой”: насколько меньше таскать ведра с водой? Или: “Овощи воздадут вам за то, что они видны прямо из окна кухни”. Поездки на дачу – тоже пример плохого зонирования. Это очень серьезно. С этим надо что-то делать!

Разделение – просто неоценимый способ облегчить жизнь. Мы так любим обрабатывать всю площадь. Даже цветники делаем, вскапывая всю сотку Разумное разграничить разные участки бордюрами. Участки с разным режимом содержания – как мухи и котлеты. Вот тут – грядка, группа цветов, ряд кустов, приствольный круг саженца – сыплем слой перегноя, но он не должен смываться, рассыпаться, зарастать. А рядом ходит триммер, или лежит гравий, тут можно топтаться или лежать на газоне. Иначе придется везде разводит грязь и сорняки и везде с ними бороться. И еще бордюры вынуждают нас планировать участок, намечать, где будут обордюренные грядки и цветники. А все остальное – газон косимый. Иначе везде – грязно, голо, сухо и бурьян прет, и каждый понедельник нам снятся тяпка, ведро и родная колонка.

В природе плодородие почвы никогда не падает. Из этого следует простой и очевидный вывод: если бы мы делали с землей что-то правильное, полезное, ее плодородие бы постоянно увеличивалось. Урожаи бы росли. Растения поражали бы своей мощью и гигантизмом. И никаких разрушений почв!

Землю мы копаем повально. Большинство дачников считает, что обрабатывать нужно всю площадь дачи. Они не замечают, что под урожайными растениями – не больше 30% почвы. Остальное трудолюбиво обрабатывается для борьбы с сорняками. Есть образцовые хозяева – у них все идеально и все засажено, но все свободное время они – борцы на передовой. Разница между тем, как мало и нестабильно отдает земля и как много и стабильно приходится на ней работать, просто шокирует. Так не должно быть! Должно быть наоборот.